Президент встретился с «обществом». Общество недоумевает

Сооронбай Жээнбеков встретился с представителями НПО и гражданского сектора в закрытом режиме. Итог, как будто бы, сугубо положительный: у президента, по словам очевидцев, два исписанных блокнота заметок с проблемами и предложениями от активистов, у самих активистов – сплошь позитивные отзывы о встрече и похвалы открытости нашего президента обществу. Вот только само общество осталось в недоумении, не получив ответов сразу на несколько закономерно возникающих здесь «Почему?..»

Почему в закрытом режиме?

Журналист Елена Воронина на своей странице в Фейсбук высказала, пожалуй, главный вопрос, который напрямую касается не только ее коллег по цеху, но и основного принципа прозрачности действующей власти: «Не понятен сам формат встречи. Почему она была закрытой для СМИ, а значит и всего общества? Возможно ли проведение в демократическом обществе закрытой встречи президента страны с правозащитниками (хотя среди участников встречи были люди, которых вряд ли можно назвать правозащитниками. Они аналитики, исследователи)? По-моему, это нонсенс, что встреча с правозащитниками проводится за закрытыми дверями. Организаторы явно выбрали не ту коммуникационную тактику построения взаимодействия с институтами гражданского общества». И действительно, отказ в доступе к мероприятию СМИ моментально нивелирует всю идею прямого и открытого контакта главы государства с гражданским сектором. Судить о том, что именно говорилось на встрече всеми участвующими сторонами, мы можем только с их слов, а значит остается повод для неверия, домыслов и искажений. Тогда как простое присутствие журналистов обеспечило бы защиту от последующих инсинуаций самим спикерам и убедительно доказало, что скрывать им нечего.

Почему именно эти люди?

Очень спорно выглядит и состав участников. Каким принципом подбора руководствовались устроители встречи, остается только догадываться. Если это была попытка охватить все и сразу сферы общественной жизни, то разнообразия явно не хватило. Скажем, почему сфера религиоведения была представлена только исламским теологом Кадыром Маликовым? А на позицию «гражданского блогера» выбрали именно Эдиля Байсалова? Если же предположить, что планировалась встреча прицельно с руководителями активно действующих правозащитных НПО, а надо отметить, что именно эта сфера оказалась представлена в большинстве, то возникает впечатление, что остальных просто добрали до красивой цифры в 40 человек по остаточному принципу – «достаточно медийное лицо». Наконец, решительно непонятно, почему и зачем позвали откровенно одиозных персон, вроде Турсунбека Акуна и Мавляна Аскарбекова.

Почему не было четко обозначенной повестки?

Хотя участники и высказали восторги по поводу того, что президент прислушался и взял на заметку все их чаяния и пожелания, общий знаменатель дискуссии тоже вызывает вопросы. Судя по той скупой информации, которая все же просочилась в СМИ и стала известна по итогам встречи, из разговора Сооронбая Жээнбекова с гражданским сектором получилось нестройное многоголосье, в котором каждый ориентировался на свой лад, как мог. Кто-то предлагал решения системных проблем, кто-то артикулировал сугубо частные вопросы из своей сферы интересов и самого наболевшего. Так, к примеру, глава Лиги защитников прав ребенка Назгуль Турдубекова решила рассказать о коррупции в детских интернатах. А глава правовой клиники «Адилет» Чолпон Джакупова отметила, что «80 процентов [правозащитников] говорили о растущем недовольстве состоянием дел в судебной и правоохранительной системах». Кроме того, президент еще и отвечал на разнообразные вопросы собравшихся. Очевидно, что даже за четыре часа диалога невозможно обсудить все на свете, а углубиться предметно в изучение одного или нескольких основных вопросов было бы гораздо эффективней, чем проводить встречу в таком «вне-форматном» стиле без заданной повестки и темы. Но выбрали почему-то именно его.

Почему плодятся слухи?

Этот вопрос, разумеется, риторический. И ответ на него логично вытекает из всех вышеперечисленных неясностей. Именно потому, что встреча прошла в таком формате, в таком составе и без определенной повестки, параллельно с официальной версией об «открытости президента гражданскому сектору» развиваются и другие. О том, что активисты ходили выпрашивать себе новые должности и преференции. Так, к примеру, в открытую говорят об Эдиле Байсалове. А в ответ на сообщение о том, что президент обещал рассмотреть вопрос гос.финансирования НПО, пользователи соцсетей пишут: «А, ну понятно для чего он их собирал — решил их подкупить и подчинить /…/ Тогда они петь будут все под одну дудку». Вряд ли устроители встречи желали такого эффекта. А потому лучшим решением теперь было бы честно признать, что выбранная коммуникационная стратегия президента оказалась крайне неудачной, и сделать выводы на будущее.

Руслан Абдыкулов

Поделиться

Правила комментирования

Post Comment