Кадры решают: как Досалы Эсеналиев устроил «бакиевский ренессанс» политической цензуры

Бишкекский дизайнер Никита Тарасенко в своем фейсбуке сообщил, что его вызывали в Генеральную прокуратуру, где ему пришлось писать объяснительную. Поводом стали шуточные мемы, которые он сделал, используя фотографии президента КР Сооронбая Жээнбекова. По сравнению с политическим контентом соцсетей его картинки выглядят не только абсолютно безобидными, но даже лишенны какого либо политического подтекста. И, естественно, что действия  прокуратуры не состоялись бы без визы руководителя аппарата президента. На своей странице Тарасенко написал, что и раньше шутил над чиновниками, и даже более остро, но Белый Дом понимал разницу между обычным юмором и оскорблениями с экстремистским душком. Что же изменилось, и почему нынешняя власть использует бакиевские методы, демонстрируя нетерпимость и к критике, и даже к анекдотам?

Последние события в информационном поле, связанные с действиями ГП в отношении известного столичного дизайнера и блогера Тарасенко, вызвали опасения у многих СМИ и гражданского общества. Белый дом и раньше огрызался на критику, на негативную аналитику, но попытка морального давления с помощью прокуратуры на автора мема, лишенного намека на оскорбление или экстремизм, наблюдается впервые после 2010-го.  Буквально за несколько дней до истории с Тарасенко, аппарат 7 этажа уже всплывал в одной теперь широко известной истории про заместителя Минсоцразвития Каденову и  посла Кылычбека Султанова.  Последнего, рассказавшего кыргызстанцам о чрезмерно выпивающих в командировках чиновниках, так же настоятельно просили «сверху» не озвучивать ФИО и факты. Иначе говоря – замолчать, что чиновница Каденова была пьяна и устроила дебош в самолете. После того, как Султанов всё-таки дал пресс-конференцию, на него спустили всех интернет-троллей и блогеров, информационно обслуживающих аппарат правительства и президента, с тезисом: «Уволить его. Уволить!».  Кылычбек Султанов заявил, что готов быть отстраненным на время следствия от должности посла в Корее, но если аналогично отправится в отпуск без содержания и Досалы Эсеналиев – руководитель аппарата президента.

Естественно, что кыргызский Белый Дом не действует сугубо на эмоциях, это вполне осознанное очерчивание границ, красных линий за которые ни журналистам, ни блогерам переступать нельзя. Получается, что теперь эти границы дозволенного сужены до такой жесткой цензуры, когда любая, даже самая добрая шутка про президента потенциально чревата последствиями. Не сказать, что власти Кыргызстана поступают очень оригинально, всё это уже было и есть, достаточно вспомнить культ Сталина, режим в Северной Корее или Туркменистане. Да и в самой истории Кыргызстана уже были времена, когда людей расстреливали за анекдоты и свободомыслие, напоминанием о тех страшных годах служит мемориальный комплекс «Ата-Бейит».

Возможно (и хотелось бы на это надеяться), аппарат президента далек в мыслях от формирования новой среднеазиатской автократии, и все дело в кадрах, которые работают, уж как привыкли и умеют. Для этого стоит проанализировать карьерный путь Досалы Эсеналиева, человека, который на посту руководителя аппарата президента в решающей степени определяет информационную политику Белого дома. Стоит отметить, что Эсеналиев пришёл на должность при Жээнбекове после того, как практически полгода эта должность была вакантна. Сам по себе данный факт кажется нонсенсом, поскольку портфели на 7 этаже бесценны, и борьба за них идёт без остановок и выходных. А тут вдруг целых погода пустовало кресло.

Эсеналиев родился в  1965 году в селе Кок-Серек Ала-Букинского района Джалал-Абадской области. В 1990-м окончил Кыргызский государственный национальный университет по специальности «историк».  Очевидно, у Эсеналиева имелся влиятельный покровитель, поскольку из простого историка где-то в регионах он без промежуточных чинов и должностей шагнул сразу в самый эпицентр власти. Подобные дистанции редко преодолеваются с помощью одной только удачи. В2003-2008 годах он работал в пресс-службе президента КР, в том числе и ее руководителем. В 2008-2009-ом был заместителем руководителя администрации президента КР. Еще два года полномочным представителем президента в Жогорку Кенеше и руководителем службы по связям с ЖК.

В 2010ом Эсеналиев не ушёл с госслужбы, его с нее изгнали вместе с Бакиевыми и вместе со всем выводком пиарщиков, обслуживающих клан и запугивавших журналистов, политиков и активистов. Несмотря на близость к Бакиевым, Эсеналиев не был осужден и не привлекался ни к какой уголовной или административной ответственности. После революции с карьерой у Эсеналиева было, мягко говоря, так себе. До 2012-го он руководил исполкомом партии «Республика», в 2015-ом стал советником лидера фракции «Бир Бол» в Жогорку Кенеше. Все это, конечно, мелочь для когда-то могущественного чиновника. Однако возвращение в большую игру было уже не за горами.

В 2016 году Эсеналиев начал сближаться с Сооронбаем Жээнбековым, уже планировавшим на тот момент выдвигаться на президентский пост. Должность председателя Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций была вручена Эсеналиеву словно аванс за особо ценные услуги.

Назначение же Эсеналиева руководителем аппарата президента в 2018-ом вплелось в целую череду событий: приглашение на встречу с президентом журналистов  и политиков, с 2010-го ностальгирующих по Бакиеву, снятие обвинений с Конгантиева и назначение его сына в Гос.таможню, возвращение в Государственную судебно-экспертную службу Табылды Матсакова. Последний, работая на Бакиевых, выдал результаты, что причина смерти Садыркулова – обычное ДТП: «По данным ведомства, 13 марта 2009 года в Республиканском бюро судебно-медицинской экспертизы была проведена экспертиза человеческих останков, в последующем опознанных как Садыркулов, Слепченко и Сулайманов. Комиссия пришла к выводу, что смерть вышеуказанных лиц могла наступить от воздействия высокой температуры». Таким образом, авария стала тогда основной версией следствия, а из материалов оперативников исчез факт, что у Садыркулова были повреждения не связанные с ожогами. Вживлял на тот момент в информационное пространство эти «версии Бакиевых» целый штат журналистов и экспертов, в том числе и под руководством Эсеналиева.

И вот теперь мы все видим устойчивую тенденцию к ужесточению политической цензуры на всех уровнях – от кулуаров ведомств, где госслужащему могут запретить рассказывать правду, до пользователей соцсетей, которых могут вызвать на допрос за шутку про президента. Какие же еще репрессивные информационные методы заготовленные сказки, ужасы и «версии от власти» готовит Досалы Эсеналиев для граждан теперь? Ведь нет сомнений, в том, что вызов в ГП Никиты Тарасенко и давление на Кылычбека Султанова — бакиевская прелюдия для страны в шесть миллионов человек.

Марат Болотбеков

Поделиться

Правила комментирования

Post Comment